Bookbot

Одсун

Pоман без границ

Valoración del libro

Más información sobre el libro

Герой нового романа Алексея Варламова "Одсун" в конце 2010-х годов приезжает в Чехию читать лекции по литературе, но вместо университета оказывается в старом доме в Судетах, некогда принадлежавшем семье судетских немцев. Тайна этого дома и трагическая участь его обитателей после Второй мировой войны вызывают у героя острую рефлексию-воспоминание, где сошлись воедино и личная драма, и то, что принято называть большой историей. "Я сижу далеко за полночь в опустевшей 'Зеленой жабе'. Меня окружают лишь шкуры убитых зверей, темные зеркала, старинные шкафы, пивные бочонки, кружки и пустые экраны телевизоров, но я чувствую, что все равно не один в этом мире, где перепутались границы и времена. Меня окружают тени, я слышу далекий смех, возгласы, чужую грубую речь, но мы не можем пересечься".

Compra de libros

Одсун, Алексей Варламов

Idioma
Publicado en
2024
Encuadernación
(Tapa dura)
Te avisaremos por correo electrónico en cuanto lo localicemos.

Métodos de pago

4,3
Muy bueno
4 Valoraciones

Nos falta tu reseña aquí

Título
Одсун
Subtítulo
Pоман без границ
Idioma
Ruso
Editorial
AST
Publicado en
2024
Formato
Tapa dura
ISBN10
5171601852
ISBN13
9785171601850
Serie
Calificación
4,25 de 5
Descripción
Герой нового романа Алексея Варламова "Одсун" в конце 2010-х годов приезжает в Чехию читать лекции по литературе, но вместо университета оказывается в старом доме в Судетах, некогда принадлежавшем семье судетских немцев. Тайна этого дома и трагическая участь его обитателей после Второй мировой войны вызывают у героя острую рефлексию-воспоминание, где сошлись воедино и личная драма, и то, что принято называть большой историей. "Я сижу далеко за полночь в опустевшей 'Зеленой жабе'. Меня окружают лишь шкуры убитых зверей, темные зеркала, старинные шкафы, пивные бочонки, кружки и пустые экраны телевизоров, но я чувствую, что все равно не один в этом мире, где перепутались границы и времена. Меня окружают тени, я слышу далекий смех, возгласы, чужую грубую речь, но мы не можем пересечься".