Más información sobre el libro
Роман Ярослава Гирасека «Гуситский король» является выдающимся произведением чешской исторической литературы. Несмотря на распространенные предвзятости, что Гирасек идеализировал Георга из Подебрад, он изображает его как прагматичного, жесткого и на самом деле не слишком успешного правителя. Автор жестко критикует его за брутальное подавление Чешских братьев и предкоронационный обет, что он будет подавлять любую веру, кроме подобоий. Эта критика проявляется в создании выдающегося комико-трагического персонажа дворового шута Палеčka, тайного сторонника Чешских братьев, и в изображении полного краха политики Георга. Он не прощает Георгу даже попыток договориться как с немецким императором, так и с папой. Тем не менее, Гирасек способен понять Георга и верит, что его усилия были искренними, а вера — честной.
Idioma
Compra de libros
Husitský král I., Alois Jirásek
- Idioma
- Publicado en
- 1933
- product-detail.submit-box.info.binding
- (Tapa dura)
Métodos de pago
Nos falta tu reseña aquí
- Título
- Husitský král I.
- Idioma
- Ruso
- Autores
- Alois Jirásek
- Editorial
- J. Otto
- Publicado en
- 1933
- Formato
- Tapa dura
- Serie
- Etiquetas
- Ficción, Novelas históricas, Literatura checa
- Calificación
- 4,05 de 5
- Descripción
- Роман Ярослава Гирасека «Гуситский король» является выдающимся произведением чешской исторической литературы. Несмотря на распространенные предвзятости, что Гирасек идеализировал Георга из Подебрад, он изображает его как прагматичного, жесткого и на самом деле не слишком успешного правителя. Автор жестко критикует его за брутальное подавление Чешских братьев и предкоронационный обет, что он будет подавлять любую веру, кроме подобоий. Эта критика проявляется в создании выдающегося комико-трагического персонажа дворового шута Палеčka, тайного сторонника Чешских братьев, и в изображении полного краха политики Георга. Он не прощает Георгу даже попыток договориться как с немецким императором, так и с папой. Тем не менее, Гирасек способен понять Георга и верит, что его усилия были искренними, а вера — честной.



